За окном купе вроде бы и начало понемногу светлеть, однако лес, подступивший вплотную к полотну железной дороги (а может быть, никакой это был не лес, а самая обычная лесозащитная полоса), не давал слабому рассеянному свету добраться до поезда. Но он не исключал и того, что поезд просто несется слишком быстро, и неуверенный утренний свет отстает от него...

Он поплотнее прижался к стеклу и посмотрел вверх, стараясь разглядеть небо, и почему-то сомневаясь, что увидит его. Но небо, само собой, было на месте, хотя и выглядело пока что неказисто - темно-серое сплошное ничто, и лишь справа, впереди, в этой густой серости начинало проявляться желтоватое и розоватое начало. Начало дня?

Он снова посмотрел на часы. Время тянулось медленно и вязко, в унисон его мыслям. И все же часовая стрелка постепенно подбиралась к пяти. В поездах люди спят много... он это знает, хотя и не помнит. Но уверен: ни в пять, ни в шесть никто в вагоне еще не проснется. Даже проводница. Впрочем, если поезд скоро подойдет к большой станции, проводница, конечно, должна встать и заняться своими многочисленными служебными делами. Но его не это интересует. Ему хочется, чтобы проснулся его попутчик (или попутчица?), и он смог бы, не боясь разбудить его, заглянуть под полку и проверить, есть ли у него какие-то вещи. Неужели он сел в поезд вот так, в старых тренировочных штанах и дешевой футболке? Но ведь рано или поздно ему придется выйти из вагона... он очутится в незнакомом городе... есть ли у него с собой хотя бы деньги?..

А если город окажется знакомым? А если кто-то придет его встречать? Узнает ли он этих людей? И узнают ли его они - небритого и...

Тут его осенило, и он оглянулся, чтобы посмотреть на маленькую сетчатую полочку над своим местом.