— Маленькую спортивную машину?

— Совершенно верно, а она всегда боялась быстрой езды. Кэгмен покрутил пальцами.

— Она купила его для своего парня, верно?

— Вы соображаете, я это понял сразу, как вошел. Так оно и было, Альфредо страстный любовник, только и думает о собственной студии. Он должен ее иметь, чего бы это ему не стоило. В конце концов он предлагает ей пожениться.

Но тем временем старик вызывает меня и хочет знать, что происходит. Я берусь за работу, накрываю его жену, когда она развлекается с Альфредо и приглашаю мужа. Фантастическая сцена! Он кричит на нее, что она из себя делает дуру, но согласен все простить и забыть ее грех. Он не хочет развода потому что боится скандала. Это ведь птица высокого полета, большой босс. У него есть своя блон–диночка на стороне, но жена о ней не знает.

— Надо же. Как его зовут? Я сказал:

— Ээ… Гм, — и я продолжал врать дальше. Могу вам только сказать, что ему принадлежит железная дорога.

— Железная дорога? — в голосе Кэгмена зазвучало благоговейнейшее почтение,

— Серьезно.

Его маленькие глазки снова стали колючими.

— Мне все еще не ясно, почему вы не хотите зарегистрироваться? Эта информация строго доверительна.

— У меня есть инструкции — не оставлять за собой ничего, что может указать на связь моего клиента с этим делом. Да, черт с ним, запишусь. Правда, это против моих принципов, но раз никто не сможет заглянуть в ваши записи, не думаю, что это имеет значения. Если бы я остановился в каком‑нибудь большом отеле города, этой проблемы не было бы, но мне нравится «Ручей». Лучше работается, когда вокруг меньше народа. Никто тебя не спрашивает, когда хочешь уходишь и приходишь.