Андрей не мог не признать, что его рассуждения весьма логичны; «но я не могу быть таким роботом, как ты», — добавлял он при этом. «Можешь, — отвечал Юрий, просто не хочешь». «Не хочу», — соглашался Андрей. «Ну тогда мучайся!» — презрительно фыркал его оппонент. Здесь Юрия, разумеется, не было. Он не любил тусовок, а Новый год именовал «глупейшей манерой праздновать тот факт, что жить осталось на год меньше». Сидит, небось, уткнувшись в свой компьютер, и проработает всю ночь. Робот он и есть робот.

Андрей нерешительно потоптался, ища, к какой бы группе присоединиться. Шура и Саня (их называли так, чтобы различать) увлеченно обсуждали «поддержку ЭсКуЭля в Дельфях», попутно поминая недобрым словом «мастдайных мелко-мягких» с их «саксовым АПИ». Для Андрея, чьи познания в программировании простирались не многим дальше печати «Hello world!», все это было китайской грамотой. Ромыч и Ленка, похоже, больше интересовались друг другом, чем окружающими. Плотный и краснощекий Иркутов пересказывал вежливо внимавшим Ксюхе, Вовчику и примкнувшему к ним Николаю сюжет какого-то ужастика, который в его изложении больше смахивал на посредственную комедию. Иркутова все всегда звали по фамилии — его имя было каким-то замшело-заковыристым, не то Евстигней, не то Евлампий, короче, жуть; он и сам не любил свое имя и всегда представлялся просто Иркутовым. Валера Золотарев, хозяин дома (Андрей так и не понял, действительно ли он имеет на лесной домик какие-то права, или просто занял пустующее помещение явочным порядком), перебирал струны гитары, уклоняясь во что-то гребенщиковское, но в этот момент Дина, как всегда, накрашенная сверх меры, попросила его: «Валер, сбацай „Пора по пиву“!»

— Ну, если дама просит, — Золотарев без особой охоты передвинул гитару на коленке, занимая более боевую позицию.

— И не только дама, — поддержал Костик.

— Гхе-гхе, — прокашлялся Валера. — «Иваси». «Пора по пиву». Исполняется в шесть тысяч восемьсот девяносто второй раз.