— Я здесь, Кармилла, — послышался блеющий голос. Висящий под потолком Арчибальд извивался, пытаясь дотянуться до рукомойника. Лилит исчезла.

— Где она? — спросила пиковая дама висящего вверх ногами слугу.

— Мор... Моргенстерн, — выдавил Фулд.

— Роберта? Роберта похитила нашего ребенка? Баньши вихрем вылетела из ванной. Развалившийся на куски латы-часовой валялся на ступеньках двумя пролетами ниже. Как Моргенстерн удалось проникнуть во дворец? Баньши лично встречала гостей...

— Глаза, — вспомнила она, подумав об Анастасии Батори. — А второй был... Клянусь ногой козла!

Она набрала на мобильнике номер Центральной охраны. Трубку сняли.

— Арестуйте Батори из Брашова, мужчину и женщину! — приказала она. — Они не должны покинуть дворец!

Отключила телефон и сбежала вниз по лестнице.

— Кармилла! — послышался за ее спиной плаксивый голос.

Не замедляя бега, Кармилла щелкнула пальцами. Этажом выше послышался шум упавшего тела и звон рукомойника, о который оно болезненно ударилось.

— Наконец-то, — вздохнул Роземонд и побледнел. — Но... Лилит не с вами?

Щеки Роберты горели, как наливные яблочки. Она дернула за приспособление из слоновой кости, и парижские тайники открыли Лилит — та, крепко прижимая к себе плюшевого мишку, сопела в своеобразной люльке у нее на животе.

— Спит, — восхитился Роземонд.

— В этот час спят все дети, — наставительно напомнила Роберта, опуская платье.

В бальном зале северную группу сменил оркестр, играющий вальсы. Сотня раскаленных добела пар метались взад и вперед. Среди развевающихся шелков носились слуги и кого-то искали. Один из них указал пальцем на Батори.

— Адская атмосфера, — поздравила спутника Роберта, доставая веер и яростно обмахиваясь. — Откуда этот туман, скрывший потолок?

— Женщины вскоре начнут падать в обморок. Пора сматывать удочки.