У себя в Москве я был далек от того, что происходило вокруг. Не тем занят был. Меня больше мотоцикл интересовал, чем все остальное, что в мире и в стране происходит. А ребята рассказывали, что и на гражданке творится то же самое, причем повсеместно… Порядок, конечно, с гражданской жизни следовало наводить, потому что армия только отражает, как в кривом зеркале, гражданские гримасы. Это я понимал.

– С беспределом этим поганым можно бороться только беспределом… – такая мысль повторялась многими и буквально висела в воздухе. – Автомат бы в зубы, и… Порядок наводить… По всем улицам, по всем администрациям…

А потом мне самому довелось столкнуться с этим самым беспределом…

У нас убили на посту двух солдат-часовых. Просто нож воткнули в горло одному, другому – и все… Первого – около въезда на территорию склада, второго – возле самого склада. И украли восемь гранатометов «РПГ-7» с запасом гранат. И никого, даже следователей военной прокуратуры, не смутил тот факт, что второй часовой был убит около оружейного склада. А у склада боеприпасов стоял совсем другой часовой, который ничего не видел и не слышал, и замок на складских воротах висел на месте целый и невредимый, и пломба на тех же воротах была цела. Как запас гранат оказался перенесенным из одного склада в другой, где ему вообще находиться не положено, осталось загадкой. Вот такие удивительные вещи тогда творились.

После убийства часовых нас всех долго дополнительно инструктировали. Командир роты капитан Усинчук, которому из-за этого происшествия не дали очередное звание, вообще лютовал и пил больше обычного. Гонял нас по уставам караульной службы так, как никогда раньше.

Когда сам командир роты уставал, срывал голос или просто выпить хотел, что с ним часто бывало, он поручал «старикам» натаскивать «молодежь». Те старались активно. Кто неправильно ответит – тридцать раз от пола отжаться. Кто отжаться больше десяти раз не может, а таких большинство, – десять раз по десять отжиманий с небольшим перерывом… Кто больше двадцати отжаться не может – десять раз по двадцать отжиманий с перерывом чуть поменьше… Инструктаж повторялся перед каждым нарядом… От таких процедур руки сначала гудели, потом привыкли, и норма в тридцать отжиманий казалась сравнительно небольшой в сравнении с выученным уставом.