- Последняя модель. Больше трех миллионов датчиков. Тактильные, визуальные, звуковые, болевые ощущения - стопроцентная аналогия реальности.

- И он не может догадаться о подделке?

- Хочешь попробовать? - ухмыльнулся психолог.

- Как-нибудь в другой раз. А что ты говорил насчет суда? Хотелось бы мне на таком поприсутствовать. В роли зрителя, конечно.

- Перебьешься. Всего лишь мои фрустрированные фантазии. В юности я хотел стать юристом. Всю информацию о суде я просто сбросил в его память. Это несущественный компонент в данном случае. Только основа для всего остального.

- А сколько он так уже... лечится?

- Три часа двадцать две минуты. Я ввел ему комбинацию психоделиков с эффектом временной дереализации. Вся эта радость должна показаться ему тремя сутками. Через полчаса я заканчиваю с ним, и можешь забирать клиента. Два дня тебе придется держать его в коме. Я тебе дам все необходимое.

- Это зачем? - встревожено спросил Комаровски.

- Чтобы реальный календарь не разошелся в показаниях с тем, который у него сейчас в голове.

- Понял. Он точно не будет помнить, что я привез его сюда на экскурсию?

- Абсолютно. И того, что было в предыдущие несколько дней, тоже, психолог пожал плечами. - Маленькие побочные эффекты. Издержки технологии. Кстати, может, теперь ты все-таки объяснишь, зачем тебе понадобилось лишать его единственной радости в жизни?

- Не мне. Цеху, - серьезно сказал Комаровски.

- Букеры усмотрели опасность для себя в этом заморыше? - удивленно наморщил лоб психолог.

- Представить себе. Кое-кто из совета цеховых директоров полагает, что этот заморыш вполне конкурентоспособен и может сильно подпортить нам маркетинг.

- Каким образом?!

-- Создать прецедент. О писателях уже никто почти не помнит. Но есть мнение, что они могут вернуться...

- Прогресс с вами. Люди разучились читать такие объемы старым, увы, недобрым способом. Слишком долго и утомительно. Кто захочет глаза ломать, а потом ремонтировать? Гораздо проще сразу в память сбросить.