Потом он гулял с Ладой в парке. Девушка посерьёзнела и замкнулась, не отвечала на его шутки и заигрывания, и ДК прекратил попытки "открыть" её. Они шли по аллее, держась за руки. Он купил ей цветы, истратив последние деньги из кошелька.

— Приходи, — сказал он. — Я жду тебя. Тебя я жду больше всех.

Она ничего не ответила.

* * *

В девять он вышел из дома. Жара спала, и в прохладном вечернем воздухе вилась мошкара и комары. Он не сел в свою машину, а поймал попутку, посулив хорошие деньги.

— Куда? — спросил водитель.

ДК назвал адрес. Водитель понимающе взглянул на него и кивнул.

— Поехали. Денег не возьму.

В пути сначала молчали. Ветер врывался в щель чуть опущенного окна и холодил лоб ДК. ЧУВСТВО совсем заполнило его, и улыбка теперь не сходила с его лица. Водитель, глянув, усмехнулся.

— Что счастливый такой?

— Сегодня был замечательный день, — ответил ДК.

— А, — сказал водитель. — Это хорошо. — И добавил: — А меня Глеб зовут.

ДК улыбнулся опять.

— Моего сына тоже Глебом зовут, — сказал он.

Они обменялись рукопожатием. Водитель вдруг спросил:

— А можно мне тоже… поприсутствовать?

— Да, конечно, — кивнул ДК. — Я буду рад.

Машина остановилась во дворе большого белого здания, похожего на больницу. Здесь тоже росли голубые ели — старые, роскошные. Вместе с водителем ДК поднялся на высокое крыльцо, прикрытое сверху козырьком, прошёл сквозь вращающуюся дверь. Глеб следовал за ним.