Завернули во двор дома. Никто ничего у Женьки спрашивать не собирался, - видимо отлично знали, где прописан.

  "Девятка" остановилась:

  - Так, Земляков, у вас двадцать минут. Попрощайтесь, возьмите зубную щетку и прочие предметы личной гигиены. Служить будете преимущественно в Москве, по гражданской специальности. Так что озадачиваться валенками и запасом сгущенки не стоит. Всё получите на месте. Идите. Ровно двадцать минут.

  - Я буду жаловаться.

  - Ваше право. Вы человек образованный, телефоны Комитета солдатских матерей, приемной президента и райвоенкомата наверняка имеете. Меня зовут - майор Варшавин Александр Александрович. Майор - это такое воинское звание. Впрочем, в военкомате в курсе. И насчет звания, и насчет того, что я вас забираю. Идите.

  - Земляков, время пошло! - рявкнула девица. - Папку не забудь. Вот выйдешь в генералы, тогда свинячьей кожей будешь щеголять. Да, если есть мысль запереться в квартире - эта мысль однозначно глупая. Сгноим в стройбате или где-нибудь на таежной свиноферме. Вот если пожелаешь по пожарной лестнице улизнуть - иное дело. Охотно понаблюдаем.

  - Катерина, не провоцируй призывника. Крыша сейчас скользкая, сорвется парень в два счета. И вообще, товарищ Земляков человек сознательный и честный. В глубине души.

  Лифт привычно встряхнуло, и Женька вышел на широкую лестничную площадку. Машинально достал ключи. В голове был полный сумбур.

  - Ой, Жень, хорошо, что пораньше пришел, - мама в уютном бархатном халатике возникла из кухни. - Супчик еще теплый. Твой любимый, сырный.

  Женька обессилено сел под вешалку:

  - Мам, меня в армию загребают.

  - Как? Уже? А университет?

  - Выперли.

  - Женечка, да что ты такое натворил?!

  Позвонил Игорю, - тот был где-то за городом. Удивился, обещал помочь. Дня через три, в крайнем случае, через неделю. У Иосифа Андреевича телефон оказался отключен. Женька яростно потер взмокшее лицо и набрал номер отца.