Все быстро сбегали в душ, обмахнули основную грязь и ушли в парилку. Дверь в парную закрылась за последним бойцом и предбанник опустел. Тогда тихо распахнулась входная дверь и в баню вошли еще четверо.

Их оружие аккуратно встало в противоположном от чужих рэйлганов углу, шмотки тоже полетели в диспозер, вторая партия свежей одежды легла на свободный топчан. Не говоря ни слова, четверо тоже приняли душ, а затем нырнули в парилку.

- Здорово, отцы! - поприветствовал присутствующих вошедший первым.

- Здорово! - вразнобой ответили диверсанты, внимательно разглядывая свежеприбывших.

Парилка была большой, места хватало всем. Солдаты молча разглядывали друг друга. Могучие, поджарые тела бойцов покрывало множество самых разнообразных татуировок и сизых шрамов. Однако на вновь пришедших шрамы были какими-то специфическими, узкими и длинными, непохожими на следы от пуль и осколков.

Один из пришедших в первой группе повернул голову к приятелю, которого звали Демоном и потрогал у того на плече точно такой же шрам. Не обращая внимания на приятеля и не обращаясь ни к кому конкретно, Демон спросил подошедших:

- Дисками порезало?

Пришедшие вторыми посмотрели на него с неподдельным интересом.

- Дисками. И тебя, что ли, тоже?

- Ага, - кивнул Демон. - Вы откуда?

- Прямо оттуда. Ты кто? - спросил солдат.

- Я - Демон, - скромно ответил Демон. И тыкая пальцем в приятелей по очереди перечислил: - Гоблин, Кабан, Негатив, Гастелло, Пушистый, Угрюмый, Тарзан, Крюгер и Лютый.

На такие знатные имена ни один из пришедших даже бровью не повел. Зато спросивший ткнул пальцем в себя и сказал, что его зовут Димонн, подчеркнув при этом, что на конце две "н". Бойцы напротив непонятно чему заулыбались, а Лютый похлопал Угрюмого по спине и спросил:

- Ты с Угрюмым, случаем, не родственник?