— Так, может, он как раз тот, кто нам поможет разобраться с этими невидимыми группировками?

— Не исключено, что он хоть что-то знает о них. А может быть, даже поможет нам их обнаружить, — вдохновенно потирал руки Птоломей. — Но поскольку он гражданин Китая, то действовать нужно очень аккуратно. Реши, то ли в срочном порядке выслать его на родину, то ли привлечь к сотрудничеству и оставить у нас как можно дольше. Второе, как ты понимаешь, гораздо выгоднее.

— А что у нас на него есть?

— Не много! Но любопытное. — Птоломей нажал на клавишу компьютера, и на мониторе появился документ. — Например, то, что наш «китаец» вовсе не китаец! — Голубев заинтересованно насторожился. — Он из наших, из бурят! В детстве был отдан на воспитание к тибетскому монаху и вместе с другими детьми вывезен в Китай. Там обучался искусству левитации и прочим шаолиньским практикам, выступал в цирке во многих странах мира, к нам он прибыл по приглашению агентства «Земные радости». И нигде он такого дурдома не устраивал, а у нас как с цепи сорвался.

Голубев за долгую работу в особом отделе нагляделся на Белое братство и на сатанинские культы, на фанатиков Грабового и на зазомбированную секту «Радастея», на лидеров старообрядческих движений, которые живьем свои паствы в землю закапывали. И был твердо убежден, что девяносто процентов всех экстрасенсов и ясновидящих — шарлатаны, не обладающие способностями, чтобы долго держаться на определенном уровне. Они могут пару раз предсказать события, но во всем этом часто нет стабильности, а также множество накладок и противоречий, что доказывает программа «Битва экстрасенсов». А те, кто действительно что-то умел, давно уже сотрудничали с их отделом, но таких были единицы. С «такими» Голубев уже успел проконсультироваться, они уверяли, что человек это не простой, и многое из его фокусов говорит о могуществе и защите. Голубев и здесь не понимал, зачем могущественному человеку так себя рекламировать. Другие «могущественные», наоборот, сидят в тени, как бы за кадром, и манипулируют событиями. Найти к ним дорогу трудно, порой невозможно. А вот чтобы и способности, и реклама — такого замеса в одном флаконе даже никто из его консультантов не встречал, да они и сами больше ничего не могли сказать о Лоу. Говорили, что у него непробиваемая защита.