Ответ на свой вопрос я нашла довольно быстро. Поиски привели к укромному местечку под рассохшейся колодой. Сердце радостно подпрыгнуло и, еще не полностью веря в подобную удачу, я подошла ближе, наклонилась, отвела густые ветви сочно зеленеющего, несмотря на середину осени, кустарника…

Вынув припрятанный под передником нож, я полезла в кусты. Так и есть, вот он — беглец, за которым охотится вся имперская полиция, спит, бережно обнимая рукой узелок с мною испеченными пирожками. Спит… Значит, не зря мать учила меня разбираться в травах, я хорошо переняла науку.

Итак, я его нашла, но что делать дальше — не знала совершенно. А ведь уже утро, значит, надо спешить. Однако что я могу противопоставить человеку, расправившемуся с шестью здоровыми мужчинами, обученными и защищаться, и нападать? Я наклонилась, приложив к шее спящего лезвие ножа. Хотелось надеяться, что человек, просыпаясь, не дернется, потому что я не знала, быть может, он нужен императору исключительно живым.

Он не дернулся, просто открыл глаза. Равнодушно покосился на мои пальцы, сжимающие рукоять, потом посмотрел в лицо.

— Кажется, я тебя знаю, — сказал он.

— Да, знаете, учитель Вонг.

Удивление сменилось радостью узнавания.

— Инга?

Улыбка осветила изможденное лицо беглеца, но лишь на миг. Сообразив, что радоваться, ощущая приставленное к горлу лезвие, нечему, человек перестал улыбаться, взгляд его стал тяжелым.

— Что тебе нужно?

— Мне нужно, чтобы ты… вы пошли со мной.

— Зачем?

До поселка было рукой подать, и напитанный влагой утренний воздух донес зловещие удары медного била. Мои пальцы задрожали, беглец придержал сжимающую нож руку, чтобы лезвие не полоснуло его по горлу, но я не обратила никакого внимания на этот жест.