Оба знали, что Саша, пилот, – голубой. Или – трансвестит, не важно.

Вот именно – не важно! Без него бы не выбрались.

– Боже, мы еще летим! – Посмотрев вниз, девушка восхищенно тряхнула волосами. – Ах, как красиво кругом! Поля, луга, деревья… машинки эти маленькие. Ой! А что за река там?

– Не знаю, наверное, Волхов. – Максим улыбнулся, повернул голову. – Или эта… Свирь? Сясь?

– Волхов, – серьезно кивнул пилот. – Еще немного осталось. Боюсь только…

Парень замолчал, пристально вглядываясь в приборы, которые частью работали, частью не работали.

– Что – «только»? – настороженно переспросил молодой человек.

– Боюсь, как бы горючка не кончилась. – Пилот вздохнул и показал на какой-то приборчик. – Вон, стрелка-то ходит… нет ей никакого доверия!

– Так мы ведь вроде много залили, – удивился Макс.

– Так он и жрет много.

– Ничего! – Заметив вспыхнувшую в глазах Олеси искорку беспокойства, молодой человек хохотнул. – В крайнем случае сядем прямо здесь, на поле какое-нибудь. Надеюсь, не разобьемся.

– Не разобьемся, – чуть улыбнулся Саша. – Плюхнемся на загляденье!

– Ну, скажешь тоже – плюхнемся! Слушай, ты рацию включить не пробовал?

– Да пытался уже… не работает.

– Точно не работает или связи нет?

– А черт его…

Протянув руку, летчик щелкнул тумблером и разочарованно присвистнул:

– Я же говорил – не работает.

Летчик… Какой этот Сашка летчик, к черту, – так, отец-пилот кое-чему научил. Хорошо, что хоть взлетел… Однако рано или поздно предстояла посадка. Да еще с горючкой что-то неладно… И вообще…

– Слышь! В Питере ведь могут быть большие самолеты… лайнеры!

– А мы в Пулково не полетим! Мы – на Ржевку. Да не бойтесь, сядем – мы когда-то с отцом часто летали. В старые еще времена…