— Не нарушать! — пояснил сержант. — Вот ваше дело! А со всеми остальными мы тут сами разберемся! Бродяга-алкоголик, которого утром нашли в сугробе, свезен в морг! Замерз, перепился и замерз! Понятно?! Вам же объясняли русским языком — дело обычное, пачками!

Сергей попробовал выдернуть руку. Обернулся к капитану.

— Да у него ж было пять дырок в спине! — закричал он. — Пять пулевых ранений! И вдобавок весь изрезанный, избитый! Вы чего-о?!

— У вас нервы расшатаны, гражданин! Идите!

Сержант вывел его на улицу. Прямо к машине со страшной надписью «спецмедслужба». Сергею показалось, что сержант сейчас запихнет его в машину, что его увезут, скрутят, сунут под холодный душ или бросят прямиком на нары. Но сержант выпустил его локоть, подпихнул в спину.

— Отдыхайте, гражданин!

— Его убили! — простонал Сергей.

Сержант поглядел в серое небо, почесал затылок.

— Может, и убили, — проговорил он задумчиво, — ему же и лучше, чего зря мучиться, а?!

— Как это?! — не понял Сергей.

— Да лучше не мучаться никак! — пояснил сержант. — Ступайте себе!

Сергей плюнул под ноги. Круто развернулся, запахнул куртку. Мелькнула мысль — бежать на Петровку, немедленно, сейчас же, пока запал не вышел… Но видно, вышел! Сергей выматерился вслух. И пошел в другую сторону, к магазину.

В последние два года магазином можно было назвать одно-единственное заведение — ту точку, где торговали вином да водкой, в других — продуктовых и промтоварных, ни черта не было, и потому столь звучного названия они не заслуживали. Были, правда, всякие там валютные, чековые и прочие распределители, но это все не для простого обитателя разваливающейся страны, а потому — их будто и не было. Сергей часто ломал себе голову надо всеми такими штуковинами. Но голова до конца, до прояснения не «доламывалась», видно, срабатывал самый простенький и в то же время очень надежный тормоз — инстинкт самосохранения. Без него многие бы давно свихнулись! Лучше было ни о чем не думать.