И теперь перед доблестной милицией стояла только одна дилемма — без табельного оружия, шансов догнать грузовик, прущий в пустыню, становилось все меньше и меньше, а если с зилком окажется все в порядке, то первые же выстрелы навсегда расстреляют светлую мечту на денежное вознаграждение от погони: протокол, отделение, официоз, да еще и жалобу накатают… И с ориентировкой из охранной фирмы проблемы будут — начальство давно с подозрением смотрит на руководство Твинкэта, последнее время впутавшееся в какой-то криминал с московскими бандюками. Если начальство узнает — можно будет и самим из органов вылететь. Вот и скакали пассажиры жигуля, стучась головой о крышу на каждом ухабе, держа, однако, автоматы наготове, причем лейтенант поминутно материл сержанта. А первопроходцам во времени тоже терять было нечего — помимо всяких мирных вещей, в переоборудованном кузове находилось достаточно оружия и компонентов для приготовления взрывчатых веществ, столь необходимых в иные времена. Но в данном пространственно-временном континууме владение всем этим богатством явно не приветствовалось.

* * *

Внезапно стекло побелело и окружающий мир закрылся сероватым туманом.

— Дыра! — Сказал Стас, почувствовав головокружение.

Но тем не менее ни он, ни его попутчики на сей раз сознания не потеряли.

— Привыкаем, что ли? — обратился он к Женьке, мотающему головой, словно лошадь после купания.

— Ты о чем? — не понял Женя, пытавшийся таким способом взбодриться и отогнать наваждение.

— Ой! — произнес Валентин, всматриваясь в окружающий мир после опавшего тумана — Куда й то нас занесло?

Машина еще некоторое время катилась по густой траве, вместо снега. Перепад был очень неожиданным. Да и не мудрено — только что кутавшиеся от февральского холода в телогрейки, геологи внезапно оказались в тропиках. Машина уткнулась в непонятное растение — не то пальму, не то гигантский папоротник, и заглохла. Удивленно озираясь путешественники почувствовали легкий удар по машине сзади. Валентин и Евгений выскочили из кабины и ошарашено уставились на притулившийся к кузову гаишный жигуль. Следом подошел и Стас, а Кокорь, привязавшийся от тряски к дивану жилой комнаты, все же потерял сознание и еще не пришел в себя.