Чейн определил расстояние и скорость колонны. График выдерживался с суровым почтением. Вероятно, Карлосу повезет не меньше.

Наемник взял рацию, приклеенную на липучке к бронежилету.

— Первый — Помощникам. Готовность номер один.

— Понял, Первый, — ответил мужчина с французским акцентом. — У нас все готово.

Чейн приклеил рацию и вновь поднял бинокль. Колонна исчезла из виду, погрузившись в очередную низину. Раскаленный воздух дрожал и поднимался к небу слоями. Вот марево разрезал первый «мерседес». Чейн поглядел на один из домов — ничем не примечательное глинобитное строение, — до которого оставались считанные метры. Это была наиболее уязвимая часть плана. Хотя, в отличие от корейцев, наемнику было известно, на что следовало обратить внимание.

Вот из приоткрытой двери дома скользнуло нечто юркое и металлическое. Благодаря дешевой коричневой краске предмет полностью сливался с дорогой. Метнувшись к машине на суставчатых ножках, мина-попрыгунья включила электромагнит и прилипла к днищу. Лимузин продолжал движение. Замыкающий «мерседес» поравнялся с домом, и другая мина повторила маневр.

Чейн перевел дыхание.

— Игрушки пристроены, — сообщили из рации. — Ждем команды.

— Понял, ждите, — ответил Чейн.

Не отрывая бинокль от глаз, в другой руке он держал рацию. Колонна неотвратимо приближалась. Сейчас, сейчас… Солнце сверкало на радиаторах, пыль клубилась. Вскоре Чейн смог разглядеть суровые азиатские лица за лобовым стеклом. Корейцы внимательно наблюдали за дорогой. Карлос, очевидно, в это же время переговаривался со своими Помощниками по другому каналу.

Чейн опустил бинокль и скомандовал в рацию:

— Давай!..

Мгновение спустя раздались два спаренных взрыва.