Аннотация: На конкурс "Черная метка"

Ну, вот он…

Скала резко уходила вниз. Ущелье отозвалось гулким эхом посыпавшегося из-под ног камня.

Сколько я искал его?

…Искал… Да я и понял-то не сразу, что потерял его. Только стал как помешанный. Друзья посмеивались:

— Ну ты, Петюня, даешь! — когда я в очередной раз удивлял их.

Малахольный я стал какой-то без него. Что мне скажут, то и делаю. Куда позовут, туда и пойду… Еще хуже, — пошлют, тоже иду. С женой развелся — опять же — позвали… Натерпелась она, плюнула… Тут с экрана телевизора кто-то так душевно сказал, горячо так сказал, дескать, "…будем мочить…" Мочить, так мочить, я и пошел, только вот хорошо — спросил, "а мочить-то кого будем?"

Вообще-то я художник. Надежды подавал… Все в поиске был… А тут все ясно стало. Табуретки рисую… В хорошем настроении — розовые, в мрачном — черные, иногда с крыльями… Главное, чтобы покупалось. И хорошо покупалось я вам скажу, с руками рвали… Друзья попытались меня пристроить в больничку, да доктор плечами пожал и говорит:

— Да что он вам — мешает? Не буйный… потерянный он какой-то, отойдет может быть, — по-человечьи так и сказал. — Ты ищи себя, ищи, — настойчиво он повторил.

Запало это мне в душу. Ну и пошел я. Искать. Себя…

… Сейчас, глядя на свое я, я удивлялся, сколько же всего во мне было оказывается.

Из ущелья поднимался густой туман, но и сквозь его белые клочья виден был парусник, стоявший на приколе в холодном воздухе. Небольшой, не очень может быть величественный, но добротно сколоченный. Самое главное при парусах. Ну, захламленный, через верхнюю палубу, наверное, не пробраться, с покосившимся капитанским мостиком, это и понятно, башня у художников редко на месте бывает, да и чердак у нашего брата всякой ерундой набит, главное, чтобы штурвал работал… А вот то, что паруса все на месте и мачты по-прежнему рвались в высоту, это я был доволен.