— Может, — кивнула Юля. — К тому же мы замотали Колькину машину черной пленкой, и он мог забыть про эти проклятые ворота.

— Да, Серега сегодня был на редкость не в своей тарелке, — заметил Коля. — Какой-то нервный. Да еще и нализался здорово. Впрочем, как и все мы. Но хотел бы я знать, что ему понадобилось в той части дома? Зачем он пошел туда?

— Этого мы теперь никогда не узнаем, — сказала Шура. — Но, может быть, он тоже хотел освежиться, как и Юля?

— Про несчастный случай — это все чушь, — внезапно решительно сказала Инна, молчавшая до сих пор. — Вы же видели, как он стоит! Он стоит лицом к нам. Он напоролся на прутья так, словно кто-то сильно толкнул его прямо на них. Даже не толкнул, а прямо притер его к штырям. Самому ему никогда бы так не наколоться — даже если сильно оступиться. Он с кем-то разговаривал, а потом этот кто-то пихнул его, и острые штыри проткнули Серегу.

Все подавленно молчали. Иннины слова были слишком похожи на правду.

— Но в таком случае, — нерешительно сказал Никита, — один из нас убийца!

— Не обязательно, — сказала его жена. — Убить Серегу вполне мог кто-то посторонний. Зашел с улицы и убил.

— Невозможно, — грустно возразила Юля. — У нас сигнализация на калитке. Стоит кому-то открыть ее, как раздается сирена.

— Не обязательно проходить через калитку, — упорствовала Шура. — Убийца вполне мог перебраться и через забор. Для рослого мужика — это не проблема.

Все с сомнением посмотрели на внушительного размера бетонные плиты, поверх которых к тому же, все знали, шел слой битого стекла. С земли его было не видно, но для грабителя он явился бы неприятным сюрпризом.

— А другого выхода у вас на участке нет? — спросил Коля.

— Нет, — покачала головой Юля. — И сигнализация включена, я проверила.

Все подавленно замолчали, обдумывая ситуацию, в которую попали. Получалось, что убить Серегу мог только кто-то из присутствующих.