Теперь будут последствия, как он предполагал.

Он решил оставить меч в храме, но слишком многие погибли из-за него, чтобы он мог вернуться с пустыми руками. Это была часть истории Ордена и она так же принадлежала Скале. Может быть, Асмодей знает, что с ней делать.

Асмодей. Он не мог думать о старом космическом десантнике, величайшем живущем капеллан-дознавателе, не прикасаясь к четкам. На четках Асмодея было только две черные жемчужины, и то был результат столетней работы. Озиил посмотрел на свою черную жемчужину, источник такой гордости несколько часов назад. Теперь же, отвращение переполняло его душу, когда он смотрел на нее.

Озиил медленно расстегнул четки и снял черную жемчужину. Он аккуратно положил ее на твердый камень пола храма, прежде чем наступить на нее тяжелым сапогом силового доспеха. Черная жемчужина раскололась, и Озиил растер ее по земле ногой.

В следующий раз, никаких сомнений.

Эрл Роберт - Ангелы (Angels)

Это случилось почти сорок зим назад, но я еще помню. Иногда, правда, вспоминать тяжело. В теплых лучах летнего солнца или в чаду таверны, в окружении знакомых лиц, это кажется лишь сном или стариковской байкой, ставшей почти реальной от рассказов.

Но когда прошлой зимой пришли волки, все было ясным, как летнее небо над полями. И когда Мари лежала при первых родах, память была тем единственным, что не дало мне застыть в страхе.

Когда это случилось, Пастернак был меньше, чем сейчас, куда меньше. К северу от речки ничего не было, кроме тени мельницы, а все домики и даже мастерские были надежно спрятаны за частоколом. Они кучковались у поляны, задами к миру, но между их крепкими фасадами мы могли видеть битву между верхушками дальних деревьев и ветром.