Идея множественности обитаемых миров так же стара, как и человеческая культура. Туманные представления о множественности обитаемых миров пронизывают первобытные и древние религиозные культы (например, буддизм). По мере развития астрономии идея о множественности обитаемых миров постепенно принимает конкретное выражение. Подавляющее большинство древнегреческих философов, как материалистов, так и идеалистов, придерживались концепции множественности обитаемых миров.

В конце эпохи Возрождения, после пятнадцативекового перерыва идея о множественности миров вновь стала абсолютно господствующей. В настоящее время и богословы уже признают возможность существования разумных существ в других мирах. Поэтому со всей определенностью следует сказать, что водораздел между религией и наукой и идеализмом и материализмом в современную эпоху (так же как и в античное время) проходит отнюдь не по обсуждаемой нами проблеме.

Представление о всеобщей населенности космоса господствовало вплоть до первой половины XIX века. Достаточно сказать, что Гершель (а до него — Ньютон) считали Солнце обитаемым! Еще в конце XIX века известный американский астроном В. Пикеринг «доказывал», что на поверхности Луны имеют место массовые миграции насекомых, что якобы объясняет наблюдаемую изменчивость лунного ландшафта. Эта странная гипотеза применительно к Марсу возродилась в середине нашего века.

При всем при том ведущей тенденцией в развитии концепции множественности обитаемых миров за последнее столетие является систематическое сокращение числа космических объектов, рассматриваемых как возможное пристанище жизни.

Подлинно научный подход к старейшей проблеме множественности обитаемых миров стал возможен только в последнюю четверть века. Именно в это время развернулась "вторая революция" в астрономии, ознаменовавшаяся огромным количеством открытий, существенно изменивших наши представления о Вселенной.