- Отлично, - пробормотал бесчувственный магистр, - подействовало. Теперь замри и не дыши… слишком напряженно.

Дорд сидел рядом с кузеном, прекрасно понимая, что от его таланта натурщика во многом будет зависеть успех их затеи. И все же не мог удержаться от любопытства, подглядывая за действиями Гизелиуса в висевшем за его спиной зеркале в простой раме. Впрочем, сами действия, хотя и были ему абсолютно непонятны, особо интересными назвать не поворачивался язык. Беспрерывное махание руками под невнятное бормотание было похоже, на взгляд герцога, скорее на усыпляющее заклинание, чем на иллюзию, но магистру, разумеется, виднее. А вот постепенные перемены, происходящие с довольно примечательной внешностью Эртрайта, были безумно интересны.

Следить за тем, как пшеничные, с золотом, вьющиеся волосы кузена становятся каштановыми и прямыми, как темнеют и насмешливо ломаются посредине брови, как припухлые, яркие губы становятся жестче и тоньше, а скулы выше и резче… Что и говорить, зрелище было завораживающим. И в какой-то момент, когда Дорд не смог отличить одно отражение от другого, стало просто ошеломляющим. Герцог даже глазами по очереди поморгал, чтобы убедиться, что изображение в зеркале не двоится.

- Фу, я должен немного передохнуть, - магистр шлепнулся на стул и налил себе какого-то отвара из высокого графина зеленоватого стекла, - извини… тебе не предлагаю, тут бодрящее.

- Ничего, я понимаю… - рассеянно кивнул Дорд и припомнил, - так куда денем Монрата?

- А может… никуда не девать? - задумчиво протянул магистр, - Я тут подумал… не справиться тебе с работой слуги, ведь ты, небось, и понятия не имеешь, где они ночные горшки опорожняют и как моют… чтоб ландышем пахло?! Давай лучше сделаем тебя секретарем, так проще. Никто же не будет выпытывать, где ты взял секретаря, а если и найдется особо настойчивый, так за три дня вполне можно сотню не очень грубых ответов придумать.

- А внешность? - почему-то этот вопрос очень интересовал герцога.