- Зачем тебе этот плащ? - спросил Смит. Как и Борис, он понизил голос. - Разве нельзя просто сидеть в тени? Ты ведь укрываешься им от солнца, так ведь?

- И это тоже, - не вдаваясь в подробности, сказал Борис. Он глядел на молодого вампира с растущей неприязнью. - Слушай, ты, - предупредил он, - не надейся, что, коли я вызвал твое появление здесь, я буду тебя кормить и нянчиться с тобой. Жизнь и без того достаточно трудна.

- А вас кто-нибудь просил об этом? - повысил голос Смит, столь же свирепо глядя на Бориса. - Вы просто старомодный обломок прошлого. Разгуливаете в этом допотопном плаще, как какой-нибудь граф или еще кто. Взяли бы лучше пластиковый чехол для автомобилей, и все дела! Его можно складывать до небольшого размера, а днем делать из него тент.

- Умный паренек, - усмехнулся Борис. - Вечно эти щенки считают, что все знают лучше старших. Я бы гораздо лучше выглядел, разгуливая в чехле от автомобиля! Пойми раз и навсегда, мы должны маскироваться, все время, всегда. Одна ошибка и... - Он сделал убедительный жест. - Это случалось со многими, запомни.

- Знаю, видел в комиксах, - небрежно сказал Смит, - да только кто теперь верит в вампиров?

- То-то и оно! - Борис поджал свои тонкие губы. - А все почему?.. Камуфляж и конспирация, понял?! И Сэмми так же поступает. Хоть они и не верят в существование вурдалаков, но если не будешь маскироваться, тебя быстро вычислят. В лучшем случае попадешь в психушку на неопределенный срок. А жрать что будешь? Так и помрешь там, не допуская больше никаких ошибок. Он вздохнул. - С одним моим другом так и случилось...

- Ладно, слыхали, - махнул рукой Смит. - А вы что скажете? - обратился он к Сэмми. - Вы образованный, у вас...

- Да заткнись ты, - оборвал его Сэмми. Он ощущал такое же голодное нетерпеливое возбуждение, какое поднималось в нем каждый раз, когда Люп начинал свое обследование. Голод рос, становился все яростнее, пока в желудке не разгорался настоящий пожар, а нервы не натягивались, как струны арфы. Сэмми не мог спокойно сидеть. Он то вскакивал, то снова садился, а то вдруг начинал ходить следом за вервольфом и тоже принюхиваться и прислушиваться.