Его ждали двадцать два электронных письма. Наверняка, все от студентов, бесконечно задающих дурацкие вопросы…

«Не могли бы вы сказать мне, какой исследователь открыл пролив Гумбольдта?»

«Как зовут человека, который стоит на верхушке памятника Нельсону в Лондоне?»

По окончании свадебных торжеств Джейн и Беттина Сквайр отбыли на вертолёте в Хартишем-он-Си. Энн, сестра Джейн, улетела с Кевином Кростадтом и остальными друзьями в свой дом на юге Франции. Лаура Най уехала с ними в бунгало в Антибе. Франсин Сквайр гордо направилась в парижскую квартиру.

Личный водитель встретил Джейн и её дочь в аэропорту Норидж и отвёз их в особняк Сквайров, Пиппет-холл. Близкий друг Джейн Реми Готине сидел за мольбертом, делая зарисовку аллеи. Он отложил палитру и подошёл поцеловать Джейн. Ветер запутался в его длинных чёрных волосах.

Джейн была измотана сильными впечатлениями.

— Нужно избавиться от этого платья.

Он с одобрением оглядел её фигуру.

— Да от него и так почти ничего не осталась!

— Немного коротковато, это точно, — рассмеялась она.

Он поцеловал Беттину.

— Как прошла свадебная церемония?

— О, суперски! Там были лошади! — воскликнула Беттина, войдя в дом.

В спальне Джейн скинула туфли, стянула одежду, приняла душ, облачилась в платье небесно-голубого цвета, а затем отправилась к своему отцу.

Сэр Томас Сквайр сидел в плетёном кресле в зимнем саду, укрывшись пледом. Рядом был столик, на краю которого стояла тарелка с апельсиновыми корками. Он в прострации смотрел на большой обтекаемой формы экран, висящий на стене. Показывали мыльную оперу. Сиделка Гиббс расположилась на почтительном расстоянии. Она расставила повсюду маленькие ароматические свечи, источавшие аромат розмарина.