– Рад, что вы сумели приехать, Эл. – Магуайр окинул Эстер восхищенным взглядом. – Не любимая ли это крошка Бойда Ливингстона? Как ваш отец, Эстер?

– Весь в делах – вы ведь знаете его отношение к работе, – отозвалась она, пожимая ему руку.

– Я слышал, он собирается заняться политикой. По-прежнему ярый противник азартных игр?

– Дай ему волю, в стране не останется ни одного ипподрома. Эстер улыбнулась, и Гаррод с удивлением почувствовал укол

ревности. Его жена не имеет ни малейшего отношения к авиапромышленности, присутствует здесь только благодаря любезности организаторов – и все же находится в центре внимания Магуайра. Деньги тянутся к деньгам.

Передайте ему сердечный привет. – Лицо Магуайра вы-

разило театральную скорбь. – Жаль, что вы не прихватили его с собой.

– Просто не догадались ему предложить, – ответила Эстер. – Уверена, что он с удовольствием приехал бы на первый полет.

– Это не первый полет. – Помимо воли Гаррода слова прозвучали резче, чем он ожидал. – Это первая демонстрация для публики.

– Не придирайтесь к нашей маленькой девочке, Эл! – Maгуайр рассмеялся и шутливо ткнул кулаком в плечо Гаррода. – А что касается вашего термогарда, это действительно первый полет.

– Вот как? Я думал, его установили на прошлой неделе.

– Так предполагалось вначале, Эл. Но мы гнали программу испытаний на малых скоростях, и жаль было тратить время на замену.

– Не знал, – произнес Гаррод, и перед его глазами почему-то возникло изумленное, укоризненное лицо водителя красного «стилета». – Значит, это первый полет с моими ветровыми стеклами?

– А я о чем толкую? Их поставили сегодня ночью. Если не будет никаких осложнений, в пятницу «Аврора» пойдет на сверхзвуковую. Возьмите что-нибудь попить и располагайтесь поближе к полю. Я, к сожалению, должен идти. – Магуайр улыбнулся и исчез.