Эльф сел у костра и с наслаждением протянул руку к огню. На тыльной стороне его левой руки тянулся под рукав еще совсем свежий шрам.

- Так это ты был у меня дома? - сообразил я.

Эльф кивнул.

Я хотел сразу наброситься с расспросами. Едва удержался: нехорошо как-то.

- Не хочешь перекусить? - предложил я, указывая на свои припасы.

На мгновение эльф потерял выдержку, и его передернуло от отвращения. Потом он углядел что-то, и лицо его мигом прояснилось.

- Если можно, меду я бы поел. Ты прости, я знаю, у людей в обычае делить в знак дружбы хлеб и прочее, но я просто не могу есть... этого! он указал на еду, не касаясь ее даже кончиками пальцев.

- Почему? - опешил я.

- Не могу. Раньше - другое дело, хотя и раньше ваша еда нам не очень годилась. Эльфы, живущие с людьми, старились прежде времени и умирали не в срок, и все из-за еды. А теперь и вовсе скверно. Силы Зла взяли власть над землей, над людьми. Вы все им пропитаны, и все, что вы делаете своими руками - тем более. Хлеб, испеченный и разрезанный человеком, отравил бы меня. Мы не можем больше с вами жить - мы болеем, умираем, сходим с ума.

Так вот почему последние эльфы покинули человеческие жилища!

Слыхал я об этом и раньше, а вот в толк взять не мог.

- Значит, наши пути разошлись? - медленно спросил я.

- Не совсем. Есть все же средства. Если среди нас растет человеческий ребенок или хотя бы полуэльф, он не заражен злом, и мы привыкаем. Потом нам легче бывать среди людей. Не жить, конечно - бывать. Это должна быть уж совсем безумная любовь или долг редкой дружбы, чтоб эльф ушел жить к людям.

- Так вот зачем вам нужны дети! - невольно воскликнул я.

- Именно нам они и нужны. Силам Зла они ни к чему. Просто они пытаются помешать, не допустить. Хоть бери и похищай этих детей, честное слово!