Лейтенант решительно вдавил кнопку лифта. Малосильный полицейский «рокот» остался лежать на кресле, в кобуре на поясе оказался «галкин», он же «каунт» — в зарубежном исполнении. Еще был нож, широкий, с бренчащей рукоятью, закреплен на голени. Вероятно, убитый принадлежал к техническим службам — странно, что таким вообще дают приличное оружие.

Кабина остановилась, за прозрачной дверью виднелись две фигуры, тоже нагруженные выносимой из здания аппаратурой.

Техники негромко переговаривались между собой, уже обсуждая архитектуру внутренней сети Башенки. Вообще-то полицейские Сети не являются закрытым массивом данных, Управление легко сможет войти и скачать всю информацию. Но подпустят ли к этому делу Управление? Дмитрий теперь сильно в этом сомневался.

— Девяносто шесть процентов, еще три с лишним неподтвержденных! — услышал он через клипсу чей-то доклад. — Некоторых так порубило пулеметами, что без экспертизы не разобраться.

— Был один гость, — сообщила женщина. — Сам очень им интересуется, найдите мне человека без полицейской карты.

— Так надо было каждого проверять! — расстроился ее собеседник. — А половину тел уже вынесли. Куда он шел?

— На самый верх. Я запросила видеозаписи, но там Ачикян, у него вечно все на тормозах. Пока просто проверь последние этажи, постарайся.

— Ладно… Муса куда-то делся. Муса! Ты не слышишь, что ли? Давай обратно наверх, дело у нас с тобой.

Пауза. Другие голоса продолжали звучать, но «индивидуалка» воспроизводила их гораздо тише. Значит, эти люди не относились напрямую к подразделению убитого. Дверь поползла наверх: седьмой этаж. Втиснулись еще двое, Дмитрий прижался к стене лифта, стараясь производить впечатление человека, полностью погруженного в размышления о добытом сканере.

— Муса!!! Рита, где этот идиот?!

— Подожди, Мишин, я на другой линии…

— Муса!!! Вот я сейчас тебя найду, и тогда мы без клипс поговорим.