Чаще всего я смотрю на окно третьего этажа. Оно расположено достаточно низко, что бы давать пищу моей фантазии, к тому же на нем нет занавесок. Со своего наблюдательного пункта я вижу белый потолок с тремя мутными шарами люстры в стиле 60-х, тонкие лепные карнизы, стены теплого светлого оттенка. На стенах несколько картин — мне не видно каких именно, но, если хозяйка выдержала стиль — это должны быть какие-то светлые яркие пейзажи и натюрморты, вроде тех, что рисовали наши художники в пятидесятые — шестидесятые. Почему «она»? Нет, я не вычислил хозяйку квартиры на третьем этаже… Даже не так… я не стал вычислять кто хозяин этой квартиры. Вполне возможно, что ею владеет пожилая интеллигентная семья «шестидесятников», пожелавшая хотя бы в своей квартире заморозить время на годах их молодости. Или там может проживать бизнесмен, достаточно «продвинутый», что бы не уродовать стены итальянскими шелковыми обоями и «настоящими персидскими» коврами. Скорее всего — второе, это ближе к реальности. Но не к моей реальности. В моей реальности я желаю, что бы в этой квартире жила Женщина. Ей где-то чуть-чуть около тридцати — плюс-минус два три года. Тициановское золото ее волос уже пронизано сединой, но она пренебрегает изысками химиков и не закрашивает серебро времени — ей все равно, она достаточно независима, что бы не стараться выглядеть моложе своих лет. Она — художник… или, может быть — писатель. Или фотограф. Или — дизайнер интерьеров. Я хочу, что бы в моей реальности эта женщина была Творцом.