Джарвис прислушался к Зеркалу. Но скверная железка сейчас была самым обычным мечом и не подавала ни малейших признаков свободы воли. Рассчитывать можно было только на себя – на чуть более быструю, чем у смертных, реакцию, на интуицию, порой позволяющую предугадать движение противника, на умение ориентироваться по слуху…

Тем временем лодка с солдатами подошла совсем близко. За ней след в след шла вторая, столь же перегруженная. Обе они двигались к корме, предполагая причалить к барже совсем недалеко от того места, где стоял Джарвис. Принц понял, что враги еще не видят его, а различают только темный силуэт плавсредства на фоне голых мокрых камней. Он шагнул в сторону, уходя в тень, отбрасываемую надстройкой. «Зря Ломенну не разбудил, – пронеслось у него в голове. – Хреново будет, если вояки застанут ее врасплох!» Однако времени не оставалось уже ни на что – первая лодка глухо стукнулась о борт.

После удара о камни палуба баржи дала сильный крен, и двоим солдатам не составило никакого труда перемахнуть на нее с лодки. Двигались они на удивление тихо и ловко. Если бы позавчера на площади дрались такие же мастера своего дела, еще неизвестно, выстоял бы против них меч Индессы или нет… Первый из солдат подхватил с лодки канат и захлестнул его вокруг деревянной стойки у борта. Второй почти бесшумно скользнул к каюте. Безоружные гребцы втащили весла в лодку и посторонились, давая возможность двум другим солдатам перебраться с кормы на нос.

Это был невероятно удобный момент, и Джарвис не мог его упустить. Когда один из солдат шагнул мимо него, а другой еще не успел выпрямиться, возясь с веревкой, принц выступил из тени и с силой ударил второго солдата сапогом в живот. Тот, не успев не только крикнуть, но даже разогнуться, с плеском рухнул в реку.