ты на нас и вину возложить замышляешь?
Нет, обвинять ты не нас, женихов, пред ахейским народомДолжен теперь, а свою хитроумную мать, Пенелопу.Три совершилося года, уже наступил и четвертыйС тех пор, как, нами играя, она подает нам надежду 90Всем, и каждому порознь себя обещает, и вестиДобрые шлет к нам, недоброе в сердце для нас замышляя.Знайте, какую она вероломно придумала хитрость:Стан превеликий в покоях поставя своих, начала тамТонко-широкую ткань и, собравши нас всех, нам сказала: 95«Юноши, ныне мои женихи, – поелику на светеНет Одиссея, – отложим наш брак до поры той, как будетКончен мой труд, чтоб начатая ткань не пропала мне даром;Старцу Лаэрту покров гробовой приготовить хочу яПрежде, чем будет он в руки навек усыпляющей смерти 100Парками отдан, дабы не посмели ахейские женыМне попрекнуть, что богатый столь муж погребен без покрова».Так нам сказала, и мы покорились ей мужеским сердцем.Что же? День целый она за тканьем проводила, а ночью,Факел зажегши, сама все натканное днем распускала. 105Три года длился обман, и она убеждать нас умела;Но когда обращеньем времен приведен был четвертый –Всем нам одна из служительниц, знавшая тайну, открыла;Сами тогда ж мы застали ее за распущенной тканью;Так и была приневолена нехотя труд свой окончить. 110Ты же нас слушай; тебе отвечаем, чтоб мог ты все ведатьСам и чтоб ведали все равномерно с тобой и ахейцы:Мать отошли, повелев ей немедля, на брак согласившись,Выбрать меж нами того, кто отцу и самой ей угоден.Если же долее будет играть сыновьями ахеян… 115Разумом щедро ее одарила Афина; не толькоВ разных она рукодельях искусна, но также и многоХитростей знает, неслыханных в древние дни и ахейскимЖенам прекраснокудрявым неведомых; что ни АлкменеДревней, ни Тиро, ни пышно-венчанной царевне Микене [