– Годится.

– Ладно. Возьми на полке запасные и переоденься в туалете. После того, как закончишь, покажи Дьюку, где что находится. А ты, Карен, то же самое проделай с Барбарой. А потом мы соберемся.

Собрались они минут через пять. Хью Фарнхэм уже сидел за столом и тасовал карты. Когда они расселись, он спросил:

– Кто хочет сыграть в бридж?

– Папочка, ты шутишь?

– Меня зовут Хью. Я не шучу – партия в бридж может здорово успокоить наши нервы. Потуши сигарету, Дьюк.

– Э… прошу прощения.

– Я думаю, что завтра мы уже сможешь курить. А сегодня я выпустил в воздух довольно много чистого кислорода, чтобы наружный воздух не поступал. Видел баллоны в туалетной комнате?

Промежуточная комната, соединяющая оба отсека, была уставлена баллонами с водой, запасами разного рода. Там же находился унитаз и тесноватый душ. Здесь же находились воздухозаборники и трубы вентиляции, сейчас наглухо задраенные. Здесь же помещалась ручная вентиляционная установка и уловители двуокиси углерода и водяных паров. – Так значит в них кислород? А я думал там просто сжатый воздух.

– Он бы занял слишком много места. Поэтому мы не можем рисковать даже сигаретами. Здесь есть небольшой шлюз с датчиками температуры и радиации: и то и другое снаружи очень велики – счетчик Гейгера трещит как пулемет. Друзья, я не знаю, сколько нам еще придется просидеть на сжатом кислороде. Запас его рассчитан на тридцать шесть часов для четырех человек, так что для шестерых его хватит примерно на двадцать четыре часа. Но это не самое страшное. Я весь в поту – и вы тоже. До ста двадцати градусов мы еще сможем терпеть. Если температура поднимется выше, нам придется использовать кислород для охлаждения убежища. В этом случае нам придется, возможно, выбирать между жарой и удушьем.

– Папа… То есть Хью, я хотела сказать. Иными словами, ты хочешь сказать, что мы или поджаримся заживо, или задохнемся?