- Чем будем расплачиваться? - его первый вопрос.

Я протягиваю индивидку.

- У меня есть и наличные...

- Наличные в Торре не любят. Наличными пользуются только сектанты и преступники. Поэтому, если на счету есть сумма, то лучше ей расплачиваться, - он наконец поднимает на меня глаза. - По какому вы вопросу?

- Чтиво... - протягиваю я и извлекаю из кармана джинсов белый пакет.

- Ну, это ясно, что чтиво. Вот какие с ним тонкости связаны - совсем другое, - он распечатывает пакет. - Так, посмотрим...

Хм.

- Что?

Чтивотолкователь держит в своих руках небольшой листок бумаги, желтый от старости, со следами подтеков и смазанными черными буковками.

Я уже распечатывал пакет. Еще тогда в камере хранения, когда мне согласились предоставить отдельную комнату для проверки сохранности багажа. И эти буковки меня не обнадежили. Такого языка я не знал в помине.

- Ух-ты! - произносит чтивотолкователь, закинув нижнюю губу на верхнюю от удивления. - Где вы такой хлам нашли?

Его слова пробуждают во мне целый караван опасений. Если он этот "хлам" на моих глазах решит сжечь или просто скормит мусоросборнику...

- Осторожней, - не сдерживаясь, напоминаю я.

- Ничего, я свое дело знаю... Вам известно, что это не типографская печать?

- Искренне на это надеюсь.

Разойдись этот листочек крупным тиражем по Метафедерации и за ее пределы, весь мой поиск становится безнадежным.

- Это не типографская печать. Это - самиздат. Или просто любительская распечатка какого-нибудь своего творения.

- Но она же бумажная! - напоминаю я.

- Ясно, что бумажная. Бумага, к вашему сведению, еще в ходе на большинстве миров. Мы, конечно, в качестве традиций, стараемся использовать ультрапэйпер, но, сами понимаете, скоро и нам придется переходить на общеупотребляемые носители. Вообще, Элизобарра еле держится пока в составе Метофедерации.