— Ладно. Ты все равно сделаешь по-своему, так что отговаривать тебя бессмысленно. Где ты собираешься это сделать, И нужна ли тебе помощь?

— Лучше всего было бы на освященной земле, но едва ли это возможно здесь, в крепости, из соображений секретности, а выходить наружу мне бы не хотелось. Так что лучше всего, видимо, нам расположиться в гардеробной рядом с моими покоями. Там можно обеспечить необходимую безопасность.

— А помощь? — напомнил Райс.

Камбер покачал головой.

— Если не возражаете, я управлюсь один. Однако кое-чем вы можете помочь, Ивейн, отыщи мне большую серебряную чашу размером, по крайней мере, с человеческую голову. Внешний вид меня не интересует, но внутренняя поверхность должна быть гладкой.

— Просто гладкое полированное серебро?

— Именно. Да, Джорем, нам понадобятся благовония и то, в чем их можно сжигать.

Джорем кивнул.

— Теперь Элистер…

— Не уверен, что я действительно хочу это знать, но продолжай, — пробормотал Келлен.

Камбер хмыкнул и встал, подбирая складки окровавленной одежды, ради Келлена напуская на себя беззаботный вид.

— Не тревожься, друг мой. Возможно, тебе это даже покажется любопытным. Вот что мне нужно от тебя…

ГЛАВА II

А ты пребывай в том, чему научен и что тебе вверено, зная, кем ты научен.

Синхил с трудом мог перевести дух, когда наконец поднялся в свои апартаменты. Заперев дверь, он простоял, прислонившись к ней, несколько минут, слушая, как оглушительно бьется сердце. Трясущиеся руки вцепились в засов, словно он пытался уверить себя, что наконец оказался в безопасности. Он пытался не думать о том, что случилось. И на время ему это даже удалось.

Но когда дыхание выровнялось, слепая паника и гнев уступили место страху и чувству вины. Он вздохнул поглубже, чтобы прогнать тошноту, и заставил себя отлепиться от двери, а затем медленно, с достоинством войти в крохотную молельню, скрытую в оконном проеме. Там он, содрогаясь, рухнул на колени и воздел руки в молитве.