- Йорам, как ты? - осведомился Рис, приступая к осмотру пленника.

- Надеюсь, цел. Я, кажется, смог защититься. А что с этим? Ему крепко досталось.

Незнакомец, приоткрыв глаза, следил за рукой Риса, коснувшейся его лба, но то был взгляд мутный и бессмысленный.

Рис взглянул на короля.

- Что вы с ним сделали? Он умирает.

- Он мог убить меня, - угрюмо вымолвил Синил.

- Вы знаете, что и Йорама едва не убили? А спасти этого человека я не в силах.

Слова Риса явно не понравились.

- Он преступник! Я не хочу, чтобы он оставался жив! Гневно сверкнув глазами, Рис отвернулся к умирающему, а Джебедия опустился возле убитой дамы. Уже не нужный меч в рыцарской руке острием прочертил кровавый след по камышу, разбросанному по полу. К горлу воина подкатил комок, он вздрогнул от прикосновения Камбера.

- Мне не нравится убивать женщин, преступницы они или нет, Камбер, прошептал он. - Я только хотел выбить кинжал. Она была дерини. Я был уверен, что у нее есть защита, чтобы отвести удар.

- Ты не мог знать заранее, - ответил Камбер, наконец восстановив дыхание. Он с силой прижимал левый локоть к боку, надеясь сдержать кровотечение и скрыть рану от Синила. - Никто не мог знать этого.

Каллену тоже было жаль Джебедия и его жертву, но, опасаясь нового приступа королевской ярости, он не высказал сочувствия. Вместо этого, дипломатично кашлянув, главный викарий михайлинцев указал на человека, с которым возился Рис.

- Государь, откройте нам, с чего все это началось? Кто эти люди?

- Подстрекатели! - коротко бросил Синил, глядя в сторону.

Пленник шевельнулся и чуть повернул голову в сторону короля и викария. На его теле не было ни единой царапины, но в глазах застыла боль. Когда Целитель постарался облегчить его страдания, он оттолкнул руку Риса.

- Неужели вы не знаете нас, ваше преподобие? - воскликнул он. - Ведь это ваш деринийский суд рассматривал дело нашего отца и приговорил его гнить в подземелье под нами.