Да, любопытно… Самым безразличным тоном, какой он только мог придать своему голосу, Ингри спросил:

– Удалось принцу Болесо совершить над вами насилие?

Девушка подняла голову, и глаза ее сверкнули.

– Нет.

В голосе леди Йяды прозвенела искренность и что-то похожее на триумф. В безвыходной ситуации, брошенная всеми, кто должен был оберегать ее, девушка обнаружила, что сдаваться не обязательно. Многозначительный урок.

«И чрезвычайно опасный».

Все таким же ровным голосом Ингри спросил:

– Принц сумел завершить обряд?

На этот раз леди Йяда заколебалась.

– Не знаю… Я не уверена, каковы были его намерения. – Она опустила глаза и стиснула руки. – Что теперь будет? Рыцарь Улькра сказал, что передает меня на ваше попечение. Куда вы меня отвезете?

– В Истхом.

– Хорошо, – откликнулась она с неожиданной горячностью. – Священнослужители наверняка там мне помогут.

– Вы не боитесь суда?

– Суда? Я защищалась! Меня обманом заманили в этот кошмар!

– Возможно, – тихо ответил Ингри, – что найдутся могущественные люди, которые не захотят, чтобы вы об этом заявили. Подумайте сами. Вы ведь не можете доказать попытку изнасилования. Найдется полдюжины свидетелей того, что вы пошли в комнату Болесо добровольно.

– Да, добровольно – если бы я бежала из замка, меня растерзали бы в лесу звери. Добровольно – чтобы не обречь на мучительную смерть любого, кто отважился бы мне помочь. – Девушка с внезапным изумлением уставилась на Ингри. – Вы мне не верите?

– Верю. – «О да, верю!» – Но не я буду вас судить.

Леди Йяда нахмурилась и прикусила губу так сильно, что кожа побелела. Через мгновение она решительно выпрямилась снова.

– В любом случае если насилие и происходило без свидетелей, то о незаконном обряде этого сказать нельзя. Все придворные видели леопарда. Они видели тайные символы на теле принца. Это уже не мои утверждения, а вполне материальные доказательства, которые каждый может потрогать собственными руками.