«Я не позволю тебе, волк-у-меня-внутри! Ты не получишь свободы!»

Ингри решительно спрятал меч в ножны, медленно разжал пальцы и вытер ладонь о кожаные штаны.

Заставив свой разум вооружиться здравым смыслом, он снова заглянул в комнатку. С соломенного тюфяка на полу поднималась похожая на привидение молодая женщина. О ее удобствах, похоже, достойным образом позаботились: на постели лежало стеганое покрывало, кувшин с водой и кружка позволяли утолить жажду, в углу виднелся накрытый крышкой ночной горшок. Эта темница удерживала пленницу, но пока еще не наказывала.

Ингри облизнул сухие губы.

– Не вижу вас в этом закутке. – «А то, что видел, отвергаю». – Выйдите на свет.

Девушка подняла подбородок, встряхнула темной гривой волос и подошла. На ней было тонкое бледно-желтое полотняное платье с вышивкой вокруг выреза – если и не придворный наряд, то, уж во всяком случае, одежда высокопоставленной женщины. Темная полоса тянулась поперек лифа. На свету в густых темных волосах вспыхивали красноватые блики. Сверкающие карие глаза исподлобья смотрели на Ингри. Для девушки пленница была довольно высокой: одного роста с жилистым и поджарым Ингри.

Карие глаза с темным ободком вокруг радужки, почти янтарные… вовсе не горящие зеленым светом… нет…

Бросив настороженный взгляд на Ингри, Улькра начал говорить, представляя их друг другу так формально, как если бы объявлял о прибытии на устроенный принцем пир:

– Леди Йяда, это лорд Ингри кин Волфклиф, прибывший по поручению хранителя печати Хетвара. Вы передаетесь на его попечение. Лорд Ингри, это леди Йяда ди Кастос, по матери кин Баджербанк.

Ингри заморгал. Хетвар называл ее просто леди Йяда…

«Леди Йяда, не слишком значительная представительница рода Баджербанк, да помогут нам все пять богов…»