Параболоиды сбрасывали на них голубые шары, и усыпляющий туман расползался по лесу, поражая лесных людей.

Он рассеивался быстро и в малой концентрации не представлял угрозы для набегающих зондеров, которым перед высадкой вкатили профилактическую дозу антидота. Но головорезы сэнсея Хасимото гнались за детьми так стремительно, что некоторые попали вместе с ними в облако высокой концентрации.

Профилактика помогла и здесь. Бойцы спецгруппы не уснули. Но их боеспособность на время упала почти до нуля. Непослушными руками трудно было даже достать инъектор, чтобы вкатить себе дополнительную дозу антидота.

Шатаясь, как пьяные, и то и дело запутываясь в собственных ногах, зондеры несколько минут приводили друг друга в чувство, а в эфире тем временем сцепились координаторы двух операций.

Бойцов "отряда очищения", разумеется, тоже инструктировали перед операцией, что в детей из деактиваторов на этот раз лучше не стрелять, а главное - не надо мешать действиям тех, кто прилетел в пятом параболоиде. Но они, как водится, напрочь об этом забыли - и не только зондеры, но и пилоты боевых машин.

Пилоты были антропоксенами, обращенными в прах, и эта ситуация как нельзя более наглядно показывала, насколько вредно не иметь Хозяина в голове.

Думать своими мозгами у пилотов получалось не очень хорошо.

Координатор и переводчица, летевшие в том параболоиде, который вез спецгруппу, подняли кипеж сразу же, как только первый голубой шар упал на лес. Их операция срывалась самым очевидным образом - и не только из-за того, что под обстрел голубыми шарами угодили бойцы спецгруппы.

Проблема была в детях, за которыми эта спецгруппа охотилась.

Неважно, каким оружием поражен ребенок - голубым градом или синим туманом, в который превращаются эти чертовы шары. В любом случае для целей операции этот ребенок уже непригоден.

Какова конечная цель операции, координатор и переводчица сами толком не знали, но критерии пригодности усвоили твердо.