Бывший профессор университета и доктор исторических наук призывал единомышленников жить по законам предков в языческих общинах, которые не борются с природой, а стремятся к слиянию с ней.

Он говорил тогда, что если язычницы посвятят себя рождению детей, то со временем лесных людей станет так много, что они смогут диктовать свою волю сторонникам цивилизации, и это позволит им спасти мир от самоуничтожения.

А после того, как пришли антропоксены, этот лозунг трансформировался в мечту о грядущей победе, которую старательно поддерживали старейшины и проповедники всех вер и учений лесного круга.

Они говорили, что если женщины свободных общин посвятят себя рождению детей, то со временем лесных людей станет так много, что они попросту задавят инопланетных врагов своей массой. Это будет такая сила, против которой ничто не устоит.

И вот после нескольких лет непрерывного кошмара, голодного мора и взаимоистребления лесных людей, которое завершилось установлением вечного мира среди уцелевших, многим показалось, что пророчество начинает сбываться.

Численность лесных людей, упав до минимума, снова стала расти. Она увеличивалась год от года, и это было видно невооруженным глазом - хотя бы по тому, насколько детей в общинах больше, чем взрослых.

Облавы, болезни, младенческая смертность, раны в бою и травмы на охоте не могли выкосить лесные общины настолько, чтобы потери нельзя было восполнить за счет рождения новых детей.

- Небо на нашей стороне, - говорили по этому поводу люди, склонные видеть во всем происходящем вмешательство высших сил.

Вот только накормить лесных людей досыта небо никак не могло.

Чтобы прокормиться летом и не умереть с голоду зимой, им надо было трудиться самим. И не только ходить за грибами, охотиться и рыбачить.