Нори! Я совершенно позабыл о том сияющем мгновении, когда видел ее воочию, в последовавшей затем суматохе. Она назвала меня по имени! Разумеется, моя концентрация тут же ослабла. А чья бы не ослабла, интересно? Как бы получше объяснить это волшебнику...

Нори! Ну конечно - ведь брауни вернулся! Он должен был принести известие!

- Живее, малыш! - крикнул я ему. - Скажи нам, что тебя просила передать женщина!

- Что? - Брауни уставился на меня с таким недоумением, точно слышит обо всем впервые. Потом поскреб в затылке. - Ах да! Та женщина. Я вспомнил, как ее зовут! Нори! - Брауни принялся кивать и улыбаться, точно ожидая похвалы.

Нори! Звук имени моей возлюбленной чуть было опять не заставил меня позабыть обо всем на свете. Но нет! Сначала я должен вытянуть из брауни то, о чем не смог спросить сам.

- Да уж... - произнес я, подражая учителю. - Мы рады, что тебе удалось вспомнить имя молодой женщины. Может быть, ты передашь нам и ее известие?

- Известие? О да. - Брауни кашлянул. - О боги! Я так и знал, что позабыл о чем-то.

- Вот видите! - торжествующе воскликнул Снаркс. - Что я вам говорил? Брауни! Стоит им выпустить из рук ботиночные шнурки...

- Сэр! - выкрикнул брауни резко. - Вам не удастся запугать брауни! Мы шьем башмаки, это правда, но мы шьем очень хорошие башмаки. За помните, сэр, девиз брауни: "Мы малы, но нас много".

Снаркс поежился:

- Тысячи крохотных башмачников, от горизонта до горизонта... - Демон умолк, увидев, как пальцы Хендрика забегали по рукоятке Головолома. Потом опять повернулся к брауни. - Что ж, может, я и впрямь рано к тебе придираюсь. Поучишься еще годок-другой, глядишь, что-нибудь и выйдет.

Брауни поднял обе руки:

- Ну ладно, ладно, признаю, до сих пор мне не все удавалось безукоризненно. Я уже объяснял: мы, брауни, не привыкли действовать у всех на виду. Вот что я вам скажу. Здесь нет этих плаксивых фей? Так я и думал: только жареным запах нет, как их и след простыл.