Что "то ли"?

Тухлое мясо?.. Возможно. Мэйдж понятия не имела, на что похоже тухлое мясо...

То ли что-то еще.

Мэйдж слегка растянула пластину и тут же выпустила ее, уронив на крышку картонной коробки, лежавшую возле кресла. Она была просто не в силах прикоснуться к этому. Невольные представления о мертвых детских тельцах, саламандрах, о пластиковых пакетах с блевотиной возникли в ее голове, стоило пальцам коснуться черного, как ночь, материала.

Она не стала поднимать упавшее, а обнаружила на дне коробки инструкцию без названия и небольшой стеклянный шар, поразительно напоминающий пресс-папье вроде тех, что ее дед держал на своем столе в старинной юридической конторе в Престонсбурге. Это был оникс, установленный на каком-то дешевеньком материале, а сам шарик мог крутиться и качаться, отбрасывая наружу причудливые картинки. Но сейчас не было там ни города, засыпанного снегом, ни широкогрудых снеговиков с глазами из кусочков антрацита, ни церкви. Там не было ничего, кроме кружащегося водоворота. Снег продолжал падать, не обращая внимания на то, сколько шар оставался в одном положении, и никак не мог остановиться.

Мэйдж положила шар возле себя на кресло и скинула с колен опустевшую коробку, потом взяла в руки инструкцию и раскрыла на первой странице.

- Здравствуйте, - послышался голос.

Она не прочитала это приветствие, она его у с л ы ш а л а.

Это был сочный баритон, смутно напоминавший старомодные записи, которые ей приходилось слышать в свое время, в духе пластинок, выпущенных Питером Устиновым, мимом и комедиантом пятидесятых годов, на удивление приятный голос, одновременно ласковый и успокаивающий, привлекающий внимание и откровенный в своей тональности, проясняющий мысли и смелый в намерениях, глос теплый и добродушный.

Несомненно, это был голос убийства.

* * *

- Здравствуйте, - прозвучало снова.

На этот раз в голосе слышалась нотка понимания, словно он был не просто звуком, издаваемым динамиком инструкции.