- Нет. Она так считает. Когда-то, мы только переехали сюда, у него действительно случались заскоки. Но она так редко выходит из кухни, что у нее у самой ум за разум заходит. Она даже не знает, какой год на дворе. - Она пыталась запрячь меня в работу. - С нее станется. О боги! Я помню твою стряпню.

- А я помню, что мне приходилось готовить. Крысы с кореньями, а на гарнир жуки. Он проворчал что-то и снова почти улыбнулся. - Неужели у вас могли сохраниться нежные воспоминания о тех днях?

- Нет, Гаррет. Я не настолько ненормален, хоть и профи. Я не скучаю по войне. - Он вздрогнул. - А? В чем дело?

- Тревожные слухи ходят. Говорят, готовится поход против Слави Дуралейника и могут призвать ветеранов. Я засмеялся. - Что тут, черт побери, смешного?

- Давненько не слышал такой славной шутки. Вы представляете, скольких загребут? Всех мужчин старше двадцати пяти. И вы думаете, они пойдут, как овечки на заклание? Хоть один из них? Да если объявят такой призыв, будет революция. - Может быть. Ты думаешь, его действительно хотят отравить? - Допускаю. - Я ничего не знаю о ядах. Каким образом его могут давать старику? Я не специалист. Но из профессионального интереса всегда держу ушки на макушке, когда речь заходит о подобных вещах.

- В еде, в питье. Могут рассыпать по постели, чтобы яд проникал через кожу. Он может быть даже в воздухе. Пока мы будем доискиваться "как" - он в ящик сыграет. Надо выяснить "что". Поговорим о людях. Кто имеет доступ к генералу? - Все, так или иначе.

- Пошли дальше. Кому это выгодно? Если есть убийца, значит, есть и причина. Верно?

- Очевидно, убийца уверен что делает это не зря, - проворчал Питерс. Я пытался обмозговать это с самого начала, но ни к чему не пришел. Ничего страшного. - Сколько стоит поместье? К кому оно переходит?