- У меня к вам вопрос. Исключительно гипотетический. Если бы вы когонибудь здесь убили и захотели избавиться от тела - какое место в имении самое подходящее? Он изумленно посмотрел на меня.

- Гаррет... Чудной ты какой-то. Или ты так изменился после ухода из армии? Для чего ты спрашиваешь?

- Мое дело спрашивать, ваше - отвечать. Вам не нужно понимать, какую цель преследуют мои вопросы. Черт возьми, они и для меня не всегда имеют смысл. Но такие уж у меня методы. - Но хоть намекнуть ты можешь? Если б я собирался зарыть... У него мелькнула догадка: он подумал, что я ищу место, где спрятаны генеральские безделушки.

- Зависит от обстоятельств - сколько у меня времени, как надежно хотел !k я упрятать тело. Черт возьми, будь у меня время, я зарыл бы его поглубже. Но если б времени не было - вообще не стал бы его закапывать, дотащил бы до болота, привязал пару камней - и привет. - Что за болото?

- По дороге, за кладбищем. От подъезда видны вершины деревьев, там небольшой холм, а за ним болото. Здоровое болото, был даже план осушить его, а то очень воняет. Но старый Мельхиор, владелец земли, слышать об этом не хочет. Сходи посмотри на него: оно тебе кое-что напомнит из времен войны. - Посмотрю. Пойдемте поедим, пока кухарка о нас не забыла. Мы с Питерсом отправились в столовую. Кухарка действительно подавала последнее блюдо и обиженно покосилась на меня, как на предателя. Ах да, я ведь не помог ей. Таковы люди, помоги один раз - и тебе сядут на шею. Как и прошлым вечером, трапеза проходила в молчании. Никаких разговоров, кроме глухих угроз по адресу браконьера. Обстоятельства гибели Хокеса никому не казались подозрительными. Невероятно. Их убивают - одного за другим, а они точно слепые. Может, дело в военной выучке? В начале кампании в моей роте было двести офицеров, сержантов, солдат. Через два года из тех, что воевали с самого начала, осталось восемнадцать человек. Убивают одного, другого, через некоторое время начинаешь принимать это как должное.