Я поднял с земли камень и попытался добросить до другого угла - недолет, а бросок был недурен. За шиворот мне потекла вода. Я прыжком преодолел двенадцать мраморных ступенек и остановился на минутку перед дверью, чтобы привести себя в порядок и не выглядеть чересчур взъерошенным. Когда имеешь дело с богачами, главное - не робеть, держать хвост пистолетом. Дверь - такими воротами мог бы гордиться и замок - бесшумно приоткрылась, выглянул какой-то человек. Я с трудом удержался от вопроса, сколько масла пошло на смазку этих чудовищных дверных петель. - Да? - Я Майк Секстон. Меня ждут. - Да. Человек поморщился, выражение лица у него было довольно кислое. Интересно, где он посреди зимы ухитрился раздобыть лимон? Вряд ли я произвел на него благоприятное впечатление, однако он впустил меня в холл. Вот это да! Здесь свободно поместилась бы парочка мамонтов, если бы хозяину стало жаль оставлять их мокнуть под дождем.

- Пойду доложу генералу, - сказал он и ушел, точно ему кол в спину вогнали, маршируя под слышный лишь ему одному барабанный бой. Сразу видно, тоже бывший морской пехотинец. Он исчез, а я принялся развлекаться, шатаясь по холлу и знакомясь с предками Стэнтнора, целая дюжина коих сердито пялилась на меня с портретов на стенах. Судя по всему, от художников требовалось одно - поймать на лицах моделей выражение нестерпимого страдания. Все эти стариканы определенно мучились от запоров. Я насчитал трех бородатых, трех усатых и шесть гладко выбритых, но кровь Стэнтноров - крепкая штука. Они выглядели как братья, а не как представители разных поколений семьи, существовавшей со времен основания государства Карента. Датировать портреты можно было только по форме изображенных на них Стэнтноров. Все они были в форме или доспехах. Все Стэнтноры - солдаты, моряки, морские пехотинцы. Судьба их предопределена от рождения. Хочешь не хочешь - не важно, Стэнтнор обязан служить в армии. Может, этим объясняется семейное (поголовное и хроническое) расстройство пищеварения.