- Выходит, день у меня свободный.
- Получается - да, - атташе привел его в большой, светлый холл. Ваши апартаменты. Сейчас вызову камердинера и покину вас. Если что протелефонируйте мне, я всецело в вашем распоряжении. Как и все консульство, - в голосе атташе было несомненное уважение, более того почтительность, но почтительность временная, к калифу на час. Короткое служение короткому господину.
На столике красного дерева с выгнутыми ножками - стопка свежих, еще влажных газет. Событие. Почти везде на первой полосе его портрет. Его ли? Вабилов посмотрелся в зеркало. Два разных человека. Оба чужие. Он забыл первого, молодого, задорного - фотографиям было лет пятнадцать, - и знать не хотел этого, в зеркале. Пятнадцать лет спустя. Тогда, в девятнадцатом, ему и Елене послан был дар. Дар, иначе и не назовешь. В три месяца прошли путь от случайной идеи, идеи вечернего чаепития, до воплощения - пробирки универсальной вакцины. Инфлюэнцы больше нет. Инфлюэнцы, кори, коклюша, обычной простуды, словом, большинства вирусных хворей. Презрение академических кругов ("молокососы нашли панацею, какой вздор!"), Бешеный интерес газетчиков и осторожный, но нарастающий - промышленников. Еще через год капли РУВ - Российской Универсальной Вакцины - заполонили аптеки. По одной капле сентябрь и март. Миллионная экономия: прогулы по болезни сократились вдвое, втрое. Серые шинели избавились, пардон, от соплей. Господа офицеры, извольте соответствовать!
Они с Еленой отказались от патента: вакцина принадлежит всем людям. Пользуйтесь. И капли РУВ вошли в обиход, как аспирин, горчичники и скипидар. Кто помнит творца аспирина? Брокгауз и Эфрон? А это кто такие будут? Какой национальности?
Кому надо - помнили. Потрудиться, постоять за державу - священная обязанность патриота. За Матушку-Русь!
Открытый лист - впишите, все, что может понадобиться.