Переступив с ноги на ногу, он огляделся. Охранник маячил поодаль, нечего вид застилать, легкий туман над озером доживал последние минуты, ветерок тихий, неприметный, благодать. Поплавок повело, и он нарочно рано подсек. Впустую, на крючке один червяк, натуральный, навозный.

- Не везет, - выбранился он вполголоса, - поменять место, что ли.

Неловко, по-городскому, он пробирался по берегу, ища, где бы пристроиться; камыша было много и не так-то просто сыскать гожее место. Вот, вроде, есть но - занято: рыболов в дождевике грязно-зеленого цвета как раз вытащил карасишку и теперь отправлял того на кукан.

- Позвольте полюбопытствовать, - Гагарин из вежливости держал удочку так, что было ясно - он не претендует на данное место, просто поглядит и удалится.

Охранник захотел было приблизиться, но Гагарин коротким кивком остановил его. Держись где велено, без нужды не мельтеши, мил человек, ясно?

- Так себе, хвалиться нечем, - отозвался рыбак, но рыбы на кукане было изрядно. Он тоже глянул на охранника, но не мельком, а долгим взглядом, запоминая и давая запомнить себя.

- Недурно, - Гагарин вздохнул завистливо. - Сегодня. Ты готов?

- Конечно, - рыбак невозмутимо насадил на крючок червя, забросил удочку. - Не сомневайтесь. Винтовку пристрелял, ничего, годная, хотя нашей я и за семьсот метров достал бы.

- Никаких наших. Обязательно этой.

- Я понимаю, понимаю, - у рыбака клюнуло, опять карась. Прикормил место? С него станется.

- Тебя не замечали? Не останавливали?

- Три раза ходил, ни одна душа не спросила, куда. Они, лейб-стража, у самой ограды пасутся, а вглубь не идут. Место, что вы показали, дрянь. Я лучше подобрал, чуть ближе, зато и терраса, и столовая - все на ладони.

- А отойти сможешь?

- Я что, враг себе? Конечно, уйду.

- Винтовку брось на видном месте, чтобы долго не искали.