- Думаю, что искать надо здесь.

- Почему? - немедленно отзывается Березовский.

- Седьмое чувство. (А что он мог ответить еще? Два года практики - только на чувство и надейся.)

- Поточнее. - Суховатые нотки в голосе Березовского начинают приобретать металлический оттенок. Капитан "Скифа" не любил ни шестых, ни вообще каких-либо чувств. Даже когда речь шла о поиске пропавшего континента. Так, по крайней мере, казалось Кириллу. Да и не ему одному.

- Не можешь ли сказать поточнее?

"Сухарь, - подумал Кирилл. - Ну что мне ему сказать?"

- Не знаю. Седьмое чувство, и все, - повторил он слегка раздраженно. Потом выключил экран индивидуальной связи...

- Пятнадцать тысячелетий! Ну хоть что-нибудь. Пусть обломок сосуда. Пусть часть бронзовой стены. У нас есть мифы и хроника. Этого было бы вполне достаточно, - говорил сам с собой Мануэль Пита Андраде, директор музея в испанском городе Прадо. Он ходил из конца в конец капитанской каюты и поглядывал на выключенный экран. Но экран молчал.

Зато не молчал его научный противник. Доктор Кабрера не верил в существование Атлантиды.

- Зачем же нам эти несчастные, грязные черепки? Орихалк, легендарный орихалк! Вот что вы получите в свою коллекцию, - язвительно заметил он.

- Санта Мария! - воскликнул сеньор Мануэль Пита Андраде. - Можете ли вы представить себе тройку крылатых коней, ведь это же искусство! - повторил он торжественно и демонстративно отвернулся.

На губах Владислава Березовского показалась еле заметная улыбка. Но тут же исчезла. Невозмутимый поляк с посеребренными сединой волосами - о чем он мог думать в эти минуты? О том, что и у него, старого морского волка, есть чувства? О том, что и сам когда-то был стажером? И не раз задумывался о существовании Атлантиды?..