— Собирались, — кивнул маг, угадав ее мысли. Именно угадав, потому что подслушивать мысли любимой женщины без разрешения было не в его правилах. — Это удивительная, но очень длинная история.

— Я хочу, хочу ее услышать! — Радмила едва не подпрыгивала от нетерпения. — Причем немедленно!

— Может быть, немного позже? — многозначительно уточнил он.

— Нет, сейчас. — Она нахмурилась. — Дорогой! Прошу тебя!

— Ты же знаешь, я не могу тебе отказать ни в чем… — Маг нарочито грустно вздохнул. — Тем более об этих героях. Прошло уже столько времени, а каждый из них до сих пор стоит перед моими глазами как живой.

Он повернулся к картине. Центр ее занимал молодой воин богатырского телосложения. Его мощная нижняя челюсть была выдвинута далеко вперед, а в глазах горел вызов каждому, кто даст хоть малейший повод. Стальные пластины, из коих состояли доспехи, были чудовищны по размерам. Незнакомому с юным богатырем могло показаться невероятным, что человек может выдержать столь тяжелые и громоздкие латы. Но чародей точно знал, на что способен этот молодой человек.

Рядом в пластинчатой кольчуге, богато изукрашенной позолотой, стоял другой воин. Высокий и статный, он все-таки заметно уступал первому в телесной мощи, к тому же был намного старше. Однако властное лицо, острый, оценивающий взгляд, удивительно точно переданный художником, неподражаемая осанка выдавали в нем благородное происхождение.

По другую сторону от богатыря находился еще один воин. Несколько старше первого, но гораздо моложе второго. Он был одет в простую и короткую кольчугу, но не это было его отличительной чертой. Он выделялся улыбкой. Легкой и бесшабашной. И это резко контрастировало с угрюмостью, если не сказать враждебностью, первых двоих. И потому смотреть на него было приятно. Маг ничуть не удивился, когда заметил, что взгляд Радмилы дольше всего задержался именно на нем.