Торговец завизжал подобно ошпаренной кошке. Дюжина мужчин окружили его, уже обсуждая кратчайший путь к ближайшей низкой темной арке. Кантанзаро повернул обратно, притворяясь смущенным.

Полчаса спустя он грохотал:

— Но ты утверждаешь, что даже не можешь прочитать ее!

— Не могу прочитать ничего, — старик плакал, что его обманули, ограбили, заставили торговать в убыток, но успокоился на оставшихся трех алтынах Кантанзаро.

Как говорили на улицах, самым отчаявшимся кандидатом был Аблан Дикрэ, сын уволенного Дурака, боровшийся за молодежь, и бывший дурным анекдотом на ногах.

Ожидая аудиенции у Дикрэ, Кантанзаро переделал свою карту в схему.

Это была грубая штука, но она должна была сработать.

Он был низкого мнения об интеллекте и морали любого, кто хотел попасть в правление. Лучшей системой, как он считал, была используемая в Иммерледжене, где хватали человека на улице и тащили его, кричащего, на инаугурацию во Дворец Мэра. Как только становилось заметно, что он доволен своим постом, члены городского управления делали из него чучело и помещали его в Городской Музей.

— Эта книга — редчайшие и знаменитейшие Истории Арабранта, из которой величайшие юмористы шептали поколениям. Человек вашего уровня без сомнения, слышал о ней, — рассказывал Кантанзаро Дикрэ, худому человеку снобистского вида с бесполезным моноклем, и не собирающемуся развлекать простолюдинов вне предвыборного времени.

- Совершеннейшее собрание комических историй, некоторые из которых настолько волшебны, что известны даже случаи, когда люди умирали от смеха, слушая их. Я слышал, вы рассказывали прошедшую цензуру версию «Мести Бюрократа», — это был явный фаворит среди молодежи, и самая успешная история и ярчайшее пятно в его свинцовом монологе. — Я думаю, что вы заинтересуетесь оригиналом.

Дикрэ подозрительно нахмурился.

— Всегда хорошо иметь друга в Совете, когда переезжаешь в другой город. Одна рука моет другую, — он сделал движение своими тонкими, лишенными мозолей пальцами.