Колесов сел на траву и начал думать. Аналогичных ситуаций не припоминалось. Неужели из всей суммы фактов, крепко вошедших в его голову за десять лет, не удастся выбрать хоть что-нибудь, что подсказывало бы выход?

Он сидел, думал… И в голове его, наконец, зашевелилась неясная мысль…

Несколько лет назад, роясь в каталоге Большой библиотеки, он остановился на одной из карточек. На ней стояло: «Г. М. Франковский. Возврат к инстинктам». Среди своих специальных книг — как раз тогда сдавали палеонтологическое материаловедение — он заказал и эту. Он любил такие неожиданные скачки в сторону: в книгах на далекие темы обнаруживалась вдруг такая бездна полезных сведений, и так приятно было следить за ходом мысли автора, и чувствовать, что понимаешь его, как бы видеть перед собой человека, рассказывающего то, что он знает лучше всего на свете!..

«Психика современного человека, — писал Франковский, — представляется нам как нечто ясное и гармоничное. Однако же, не утратил ли человек на своем пути к этому уровню… не утратил ли он чего-то такого, что, отнюдь не обедняя его, как венец природы, позволило бы ему чувствовать себя более свободно и уверенно в разных неожиданных ситуациях?

В те времена, когда моторного транспорта не существовало и ездить приходилось на лошадях, бывали случаи, что людей застигала пурга. Люди откладывали вожжи в сторону, доверяясь лошадям, а те вывозили их к жилью. Как они находили дорогу? Этот вопрос никто серьезно не исследовал. Я попытался заняться им, но применительно к человеческой психике. Человек был когда-то зверем, и где-то в глубинах его психики хотя бы остатки инстинктов должны были сохраниться. Естественно, что они постепенно подавлялись и вытеснялись более сознательными стимулами. Действительно, зачем живущему там, где все развивается по общественным законам, этот почти не контролируемый аппарат?..