Колесов загрустил тогда — ему понравилась идея человека, жившего за столетия до него. Но понемногу он забыл эту книгу — еще сто тысяч на самые разные темы пришлось прочесть. И вот всплыло. Память — надежная кладовка.

Ну, попробовать по методу доктора Франковского? Собственно, другого выхода нет… Но если и в самом деле — распад сознания? Ну, что ж. Ни одна высказанная мысль не должна оставаться без проверки. Сейчас самый удобный случай…

Он встал, повернулся в ту сторону, где должно было подняться солнце.

— Я не студент Евгений Колесов, прибывший сюда на практику… Я не студент Евгений Колесов…

Он медленно шел, повторяя эти слова, ужасаясь тому, что вот он один — до смешного маленький человек! — идет по пустынной, такой далекой от Земли планете. И чувство времени постепенно начало покидать его.

Мужчина и женщина в белых халатах шли по коридору, с одной стороны которого были двери, с другой — сплошная стеклянная стена. Прямо из пола росли пальмы, и столько света проходило через стекло, что казалось — весь коридор поднят на гребень остановившейся световой волны.

Мужчина открыл одну из дверей, пропустил женщину и вошел следом сам. Они оказались в небольшой комнате с зеленоватыми стенами. На кровати в углу лежал человек. Глаза его были закрыты.

— Посмотрите, Ольга Илларионовна, это он? — спросил мужчина.

Женщина подошла к кровати.

— Да, доктор, он.

— Вы, вероятно, последний человек, который видел его в нормальном состоянии…

— Я разбиралась в этой истории. Его подобрали возле базы для прибывающих. Он шел и был как будто спокоен, на деле же находился в бессознательном, наподобие сомнамбулического, состоянии.