Ее рейтинг взлетит. О ней загудят сетевые ресурсы. Десять минут с Кингом. Затем двадцать с Опрой. Канал Эй-би-си вытащит из отставки Барбару Вай-Вай и пошлет ее за эксклюзивным интервью. Чуть позже меня пригласят на телевизионные дебаты. О нирвана! Ток-шоу с ведущими политиками. Возгласы восторженных зрителей, которым я буду рассказывать о своих взглядах на мироустройство. За такую возможность я одарю Рашель самым долгим, лизучим и сочным поцелуем. Черт! Когда интервью с Ларри Кингом закончится, я одарю и его не менее долгим и сочным поцелуем, как это сделал однажды Марлон Брандо. Вот оно! Начало моей неудержимой карьеры!»

Раздался стук в дверь. Миловидная помощница режиссера, с конским хвостиком и карандашом за розовым ушком, заглянула в туалет и улыбнулась. Наверное, ей хотелось воодушевить его доброй улыбкой, но уголки ее рта, поникшие с годами опыта, телеграфировали Майку: «Я знаю, ты нервничаешь. Вот почему я дала тебе время на подготовку. Малыш, завязывай. Хватит смотреть на пупок».

— Майк, это снова я, Терри. Мы должны закончить ваш макияж через две минуты.

— Хорошо.

Сказано уверенно. Холодным тоном. Но Терри это не впечатлило.

— Доктор Смит, я должна напомнить вам, что этим вечером вы выходите первым. У нас живой эфир. Это, знаете ли, Ларри Кинг! Вы должны быть в студии вовремя.

Майк с трудом сглотнул комок слюны. Ему вдруг захотелось в кабинку туалета.

— Ясно. Дайте мне еще одну минуту, ладно?

Глаза Терри на секунду сузились.

— Одну минуту.

Майк метнулся к писсуару, неистово расстегнул молнию и едва успел прицелиться в дырочки, как вырвалась струя мочи. Нужно было еще раз вымыть руки. Дверь снова открылась. Наверное, второй помощник режиссера. В комнату вошел молодой парень, одетый в джинсы и майку. На его шее болталась ленточка с именной карточкой от службы безопасности. Майк криво растянул губы и направился к раковине.

«Ох уж эта всепонимающая, вросшая в череп улыбка психолога», — подумал он.