Папа тоже так говорит: наука - это система. Но то ли голос у папы другой, то ли глаза другие, но эти же слова, когда произносит их папа, звучат иначе - и мир вокруг не тускнеет.
- Дети, - сказала Энна Андреевна, когда прозвонил звонок, - Гри вчера прогулял уроки. Мы не будем сейчас говорить, хорошо это или плохо: послушаем сначала Гри.
- Ну, - начал Гри, - я встал, сделал зарядку, умылся, позавтракал и в четверть девятого вышел из дома. До школы мне пять минут ходьбы, но вдруг я увидел трамвай, который идет к морю...
- А разве ты раньше его никогда не видел? А если бы тебе встретился самолет, который отправляется в Африку или Патагонию?
- Помолчи, Ила, - одернула ее Энна Андреевна.
- В Африку или Патагонию? - переспросил Гри. - Самолет не мог встретиться. Вертолет - да, а самолет - нет.
- Гри, - сказала Энна Андреевна, - ты отвлекся, рассказывай по порядку.
Больше Гри не прерывали, и он повторил слово в слово вчерашний свой рассказ: про дельфина Део, рощу, муравьев и церцерис-златкоубийцу. Нет, про церцерис было уже не простое повторение, потому что Гри вспомнил и папины объяснения. Но никто не знал, что Гри пересказывает папины слова, и получилось так, будто Гри было известно все с самого начала.
Первой подняла руку Ила. Конечно, сказала она, то, что рассказал Гри, не лишено интереса. Но подумайте, воскликнула она, что произойдет, если каждый школьник будет поступать, как ему вздумается. Дисциплина обязательна для всех, и пусть Гри не думает, что для него мы будем делать исключение. Это давным-давно, когда люди были еще не очень умные, существовали всякие принцы и принцессы - люди голубой крови. А теперь каждый очень хорошо знает, что у всех людей кровь одного цвета - красного.